Комментарии Патриарха чань-буддизма

Ханьшань Дэцина к "Даодэ-цзин"


Глава 67.



"В Поднебесной все говорят, что моё Дао великое, но ни на что не похоже. Поскольку Оно великое, поэтому ни на что и не похоже. Если бы Оно было на что-то похоже, то Оно давно бы стало мелким.
У меня есть три драгоценности, которых я придерживаюсь и ценю:
Первое - это доброта. Второе - это бережливость. Третье - не осмеливаюсь быть впереди в Поднебесной.
Поскольку добр, поэтому могу быть смелым. Поскольку бережлив, поэтому могу быть щедрым (широким). Поскольку не осмеливаюсь быть впереди в Поднебесной, поэтому могу стать руководителем людей.
Если сегодня пожертвую добротой и стану смелым, пожертвую бережливостью и стану слишком щедрым; пожертвую положением сзади и встану впереди, то это будет означать смерть.
Тот, кто добр, побеждает в войне. И он крепок в обороне и сохранении. Небо будет его спасать и сострадательно защищать".



В этой главе Лао-Цзы говорит, что Дао, которое он обрёл, предельно велико. И простые люди об этом даже не представляют. Но, в действительности, то, чего он (Лао-Цзы) придерживается, предельно кратко и просто. Дао велико и высоко как небо. Оно безгранично, поэтому люди Его не называют, поскольку Оно настолько велико, что Ему трудно подобрать название.

Выражение "не похоже". Конфуций об этом говорил, как о не одностороннем, не узком. Великий историограф Сымацянь говорил об этом так: "Мэн-Цзы был далёким и не соприкасался с делами". А Чжуан-Цзы об этом говорил: "Великое отличающееся, не приближающееся к обычным человеческим чувствам". Современники Лао-Цзы, видя величие его Дао, называли его смелым, щедрым и предводителем людей. Но он был тем, кого невозможно назвать, поскольку он был ни на кого не похожим. Поэтому Конфуций называл его подобным Дракону.

Сам Лао-Цзы так отвечал на высказывания современников о своей непохожести: "Люди Поднебесной называют моё Дао великим, но ни на что не похожим". И что у Него нет никакого применения. Именно поскольку Оно великое, поэтому ни на что не похоже. (Похожее на вещи, подобное мирским речам) Если бы Оно было похоже, Оно давно стало бы мелким". Здесь используется противопоставление. Здесь Лао-Цзы говорит о том, что если бы он был такой же, как и обычные мирские люди, то он давно бы стал мелким человеком, и тогда разве можно было бы его называть имеющим великое Дао?

Далее Лао-Цзы разъясняет причины своего величия. Он говорит о том, что люди, видя, как никто не может его победить, называют его смелым. Видя, что он щедрый, называют его широким. Видя, что люди выдвигают его на первые роли, называют его предводителем людей. Поэтому и называют его Дао великим. Но в действительности его Дао ни на что не похоже. "Люди совсем не знают", - говорит он, - что я придерживаюсь очень простых трёх принципов: это доброта, бережливость и то, что я не ставлю себя впереди других в Поднебесной".

Доброта - это то, что он заботится обо всех, защищает, воспитывает и не оставляет, подобно доброй матери, воспитывающей младенца.

Бережливость - это когда имеем, но не осмеливаемся использовать без остатка.

Не ставить себя впереди других. Это когда путешествуем по миру с пустотным сознанием. Когда нет "я" и нет соперничества с другими. Когда с добротой заботишься о других, все они становятся тобой. И тогда у самого тебя не будет врагов. Поэтому естественно никто не может тебя победить. Поэтому и говорится "поскольку добр, поэтому могу быть смелым".

Его сознание постоянно пребывает в самодостаточности. Хотя есть избыток, но он его не использует, поэтому он щедр и широк. Поэтому и говорится "поскольку бережлив, поэтому могу быть широким (щедрым)". Забываются "я" и внешние объекты. И такой человек независим и запределен. Поскольку у него нет "эго", поэтому нет никого, кого можно было бы поставить впереди других людей. Поэтому люди считают его необычным человеком и выдвигают вперёд других как лучшего из всех. Поэтому и говорится: "Поскольку не осмеливаюсь быть впереди в Поднебесной, поэтому могу стать руководителем людей". По этой причине все считают его Дао великим, но ни на что не похожим. Поскольку он придерживается этих принципов, поэтому, как говорилось в одной из предыдущих глав, "Только я отличаюсь от людей и ценю питание от Матери (Дао)". Эти три принципа являются сокровенной сущностью великого Дао.

Сегодня люди этого мира жертвуют добротой и говорят о смелости, жертвуют бережливостью и говорят о щедрости, жертвуют положением позади других и говорят о том, как стать впереди других. Это путь смерти. Смерть здесь употребляется не в прямом значении. Это то, о чём в чань-буддизме говорят как о смерти в подстрочном смысле предложения коана. Живой и неживой. Под смертью здесь подразумевается отсутствие живого смысла.

Поскольку простые люди не знают сокровенной сути великого Дао, поэтому они с пылом борются за победу, почести и роскошь. Но от этого им никакой пользы. Всё это мёртвая Дхарма (метод), не живая Дхарма.

Среди этих трёх принципов основным является доброта. Это так не только в изучении Дао (Пути), но и в делах управления государством. Тогда в войне будут одерживаться победы и будет крепкой оборона. У войск императора не будет соперников, граждане будут готовы отдать свои жизни за императора и не покинут его. Это происходит благодаря доверию, которое зиждется на неизменной доброте и гуманизме императора. Поэтому это есть Дао (Путь) победы в войне и прочной обороны. Как говорится, истинное Дао употребляется для регулирования тела, а оставшееся отдаётся на служение Поднебесной и государству. Великое Дэ (Добродетель) Неба и Земли называется жизнью. Поэтому Небо будет спасать таких людей (следующих Дао) и защищать их с чистейшей добротой. Поэтому святой человек следует Небу и использует его. При этом первым принципом у святого является доброта. Злые люди должны об этом знать. Отсюда узнаём, что если применять стратегию Лао-Цзы в управлении миром, то можно спокойно сидя наблюдать изменения трёх поколений (о долгосрочном благоденствии). Поэтому императоры Вэньди и Цзинди династии Хань, натерпевшись в избытке от "отбросов" (низкопробных учений), применили в управлении Путь Лао-Цзы, в результате чего их доброе имя осталось в сотнях поколений.

Все слова Лао-Цзы - это настоящее гунфу (мастерство), оно близко к делам людей. Поэтому Лао-Цзы говорит, что его учение очень легко узнать и легко практиковать. Но учёные мужи рассматривают его учение как слишком высокое и недостижимое, поэтому не могут сами его осуществить на практике. Соответственно они и не получают пользы от его применения, а жаль!