Сутра Алтаря Шестого Патриарха


Глава 9. Защитники Дхармы


На 15-ый день 1-го лунного месяца 1-го года эпохи Шэньлун императрица Цзетянь и наследник престола Чжунцзун издали указ следующего содержания:
«Мы пригласили Учителей Шэньсю и Ань Гоши в императорский дворец и делали им подношения. В перерывах между императорскими обязанностями мы изучали колесницу Будды. Но учителя поведали нам со скромностью, что на юге есть мастер Чань Хуэйнэн, который тайно унаследовал рясу и Дхарму Пятого патриарха Хунжэня, а также печать сердца Будды, и что буддизм нужно изучать под его руководством. Сегодня мы направляем евнуха Сюе Цзяня с приглашением к Патриарху. Надеемся на доброту Учителя, что он как можно быстрее приедет в столицу».
Патриарх передал императорской семье ответ, в котором отказался приехать в столицу, сославшись на нездоровье и желание завершить свою жизнь в «лесу» в монастыре.
Когда Сюе Цзянь приехал к Патриарху он спросил: «Все мастера Чань в столице говорят, что тот, кто хочет обрести прозрение (постигнуть Дао), должен сидеть в медитации и практиковаться в Самадхи. Они считают, что невозможно достичь освобождения без практики сидячей медитации. А какой Дхарме учите Вы, Ваше Святейшество?»
Патриарх сказал: «Дао постигается сознанием и разве зависит оно от сидения? В сутре говорится: «Тот, кто считает, что Так Приходящий сидит или лежит, тот идёт по ошибочному Пути. Почему? Потому что чистое Чань (медитация) Так Приходящего (Будды) означает, что нет прихода откуда-либо или ухода куда-либо, что нет рождения и разрушения. Чистое сидение Так Приходящего означает пустоту и спокойствие всех дхарм. В конечном счёте, даже нет достижения, что уж там говорить о сидении». Сюе Цзянь сказал: «Я должен вернуться в столицу. Там император обязательно спросит меня о беседе с вами. Прошу Вас, Ваше Святейшество, проявите сострадание и укажите мне сущность учения, чтобы я мог передать его вдове Императрице и наследнику Императора, а также всем буддистам и духовным людям столицы. Это будет подобно тому, как одна лампа зажигает сотни и тысячи других ламп, в результате чего пребывающие в темноте обретут просветление, и свет будет передаваться без конца».
Патриарх сказал: «Дао означает ни темноту, ни свет. Свет и темнота означают замещение. Свет, который будет передаваться без конца, всё же будет иметь конец. Поскольку эти понятия появляются от противопоставления, поэтому в Вималакирти нирдеша сутре сказано: «У Дхармы нет аналогии, поскольку у неё нет противопоставления».
Сюе Цзянь сказал: «Свет означает мудрость, а темнота означает клеши (беспокойства). Если практик буддизма (совершенствующийся в Дао) не разобьёт клеши мудростью, как он сможет выйти из безначального колеса рождения и смерти?»
Патриарх сказал: «Клеши – это Бодхи. Они не представляют собой две сущности и не различаются. Если с помощью мудрости разбивать клеши – это воззрение колесницы барана (шраваков) и колесницы оленя (Пратьека-будд). Но люди с высшей мудростью и «великим корнем» (сильными способностями) придерживаются других взглядов».
Сюе Цзянь спросил: «Каковы тогда взгляды Великой колесницы (Махаяны)?»
Патриарх ответил: «Простой человек в свете и темноте видит пару противоположностей. Но мудрый человек понимает, что их Природа (Сущность) не различается. Эта их общая недвойственная Природа называется реальной природой (Сущностью). Эта реальная Природа не уменьшается у глупого и не увеличивается у святого. Она не замутняется в состоянии клеш и не находится в покое в состоянии медитации (Самадхи). Она не вечна и не исчезает. Она не приходит и не уходит. Она находится ни посредине, ни внутри и ни снаружи. Она не рождается и не уничтожается. Её Сущность (Природа) и внешний облик (проявление) находятся в состоянии Таковости (Истинной реальности). Она пребывает постоянно и не изменяется. Также она называется Дао».
Сюе Цзянь сказал: «Вы говорите, что она не рождается и не уничтожается. Чем это положение отличается от учений внешних небуддийских учений?»
Патриарх ответил: «В учениях внешних Путей уничтожение (несуществование) означает конец жизни. А жизнью показывается уничтожение (в их противопоставлении). В действительности, то, что они называют уничтожением, не уничтожается, а то, что они называют рождением (жизнью), не рождается (не живёт). Я определяю не рождение и не уничтожение так: изначально у него нет рождения, но в то же самое время оно не уничтожается. Этим моё учение отличается от внешних небуддийских Путей. Если ты хочешь узнать суть учения, то не думай ни о каких добрых, ни о каких злых вещах. И тогда ты естественно погрузишься в состояние чистоты, твоё тело и сознание будут в совершенстве и постоянном покое, а их мистическое функционирование будет таким же многочисленным, насколько многочисленны песчинки в Ганге».
Сюе Цзянь, получив наставления, неожиданно обрёл прозрение, поблагодарил Патриарха и вернулся в императорский дворец. Там он передал слова Патриарха Их Величествам. В тот же год 3-го дня 9-го лунного месяца был издан императорский указ, восхваляющий Шестого Патриарха, следующего содержания:
«Патриарх отказался от нашего приглашения приехать в столицу по причине нездоровья и преклонного возраста. Он совершенствуется в Дао ради нас, и безусловно является «полем заслуг» государства. Патриарх подобно Вималикирти, который, живя в Вайшали, отказывался от приглашений, ссылаясь на нездоровье, распространяет учение Махаяны и передаёт сознание Будды, объясняет недвойственную Дхарму. Евнух Сюе Цзянь передал нам знания Так Приходящего, переданные ему Патриархом. Это произошло благодаря накопленному нами добру, воздаянию за добрые дела предков и корням добра, посаженным в прошлых рождениях. Иначе мы бы не удостоились жить во время прихода в мир Патриарха. Мы обрели мгновенное понимание Махаяны. Благодарим Патриарха за оказанную нам милость и безгранично его почитаем. Сим дарим ему рясу Мола, изготовленную в Корее и хрустальную патру. Повелеваем главе округа Шаочжоу отреставрировать монастырь Баолинь Шестого Патриарха, а также повелеваем превратить дом, в котором вырос Патриарх, в монастырь, которому даруется название «Гоэньсы» (Милость государства)».